Карты памяти, часть вторая. В поисках Северного морского пути

Арктика. Фото: Леонид Круглов
Арктика. Фото: Леонид Круглов

В 30-х годах XVIII века состоялась невиданная по масштабам экспедиция, охватывавшая всю территорию Русского Севера от Печоры до Чукотки. Выпускники Морской академии находили новые водные пути, наносили на карты неизвестные прежде земли, некоторые из которых сейчас известны под их именами.

Как Малыгин и Скуратов "получили" по проливу

Степан Малыгин стал одним из руководителей Великой Северной экспедиции вместо Степана Муравьёва, которого Коллегия в 1736 году отстранила от должности как не справившегося с делом. Кочи "Экспедицион" и "Обь" должны были исследовать западный участок побережья Северного Ледовитого океана от Печоры до Оби. За два года они так и не смогли войти в устье Оби, хотя дважды подходили к Обской губе практически вплотную. Место изношенных кочей должны были занять два архангельских бота, "Первый" и "Второй", 22 июня они отошли от Соломбальской верфи на встречу с Малыгиным. На "Первом" шёл Алексей Скуратов, который по пути вёл промер глубин и астрономические наблюдения, а также заносил в журнал сведения о встреченных островах.

dsc_8910.jpg

Арктика. Фото: Леонид Круглов
Арктика. Фото: Леонид Круглов

Малыгин планировал добираться до места встречи на "Экспедиционе", но в устье Печоры коч сел на мель, и его раздавили льды. Людей и продовольствие удалось спасти, в распоряжении капитана осталась "Обь". 8 августа корабли встретились у островов Голец и Матвеев и вместе направились к Югорскому Шару. Оттуда давшая течь "Обь" под командованием Ивана Сухотина пошла в Архангельск, а Скуратов перешёл на "Второй" бот, предоставив "Первый" Малыгину. Тяжёлая ледовая обстановка не давала возможности продвинуться к устью Оби — морозы в тот год начались рано, и 18 сентября суда встали на зимовку в речке Трёхозёрной. 31 июня 1737 года вышли в очередной поход. Чтобы облегчить морякам путь, геодезист Василий Селифонтов подготовил подробные планы побережья Ямала с обозначением речек, впадающих в море, с указанием глубин бухт и заливов. Исследуя и описывая полуостров, Селифонтов расставил по его западному и северному берегам маяки, которые тоже помогали капитанам ориентироваться в пути. Несмотря на тщательную подготовку, поиск прохода в устье Оби был трудным. 19 дней пришлось лавировать по проливу между островом Белый и Ямалом, то и дело ставя корабли на якорь, прежде чем 12 августа Малыгин обнаружил проход в Обскую губу. Пролив теперь носит его имя.

Цель достигнута — удалось найти проход в реку Обь. Малыгин привёз в Адмиралтейство "Меркаторскую карту Северного океана с назначением берега от реки Печоры до реки Обь", которая вошла во все карты мира, как и первая карта полуострова Ямал. Однако выводы были неутешительные — слишком тяжёлым оказался морской путь в Сибирь. Опыт Скуратова, отправившегося обратно в Архангельск, показал, что пройти его в одну навигацию невозможно. Добравшись до реки Кары, боты уткнулись в сплошные льды, которые летом 1738 года вообще не отходили от берега. Только 14 августа 1739 года корабли добрались до Соломбальской верфи. 17 сентября 1740 года Скуратов докладывал в Адмиралтействе о результатах экспедиции, после чего получил задание "учинить… общую карту берега" от Архангельска до Берёзова. Так были составлены первые морские карты юго-восточной части Баренцева и приобской части Карского моря.

dji_0674.jpg

Арктика. Фото: Леонид Круглов
Арктика. Фото: Леонид Круглов
  • Помимо пролива, имя Малыгина носит мыс на юго-западе острова Белый в Карском море.
  • Скуратов тоже дал своё имя проливу между полуостровом Ямал и островом Белый и мысу на Ямале.
  • Название "Карское море" впервые появилось именно на картах Двинско-Обского отряда — видимо, участники экспедиции "позаимствовали" его у поморов, ходивших здесь с незапамятных времён. На иностранных картах прежде это море никак не обозначалось, сливаясь с другими в единый океан.

Чем Овцын "заслужил мыс" на полуострове Таймыр

Отряд Дмитрия Овцына должен был найти путь из Оби в Енисей. 13 июня 1734 года построенная под эту задачу экспедиционная дубель-шлюпка "Тобол" вышла из Обдорска. Овцын вёл корабль осторожно и неспешно, подробно описывая берег, вдоль которого двигался. От прихотей погоды аккуратные действия капитана не спасли: в августе судно попало в шторм, в котором лишилось руля и поломало два якоря. Продолжать путь было невозможно. На обратном пути Овцын послал на ялботе подштурмана Дмитрия Стерлегова и геодезиста Выходцева обследовать Обскую губу, но ялбот не добрался до моря, его раздавили льды. Людям удалось спастись и вернуться в Обдорск.

"23 декабря (№ 5610). Слушав из сибирской губернской канцелярии отписок и отправленнаго в экспедицию Обью рекою для изыскания пути морем к Енисею реке лейтенанта Овцына рапорта, в котором он представляет, что на построенной для той экспедиции дубель-шлюпке оною Обью рекою, також и Тазовскою губою следование их было до широты 70° 4', и за поздним временем в самое море не дошли и от того места возвратились в Обдорский острожек и тамо зимуют..."

Выписки из журналов Адмиралтейств-коллегии 1734 года

Экспедиция 1735 года вновь закончилась неудачей — залив так и не освободился ото льда, стеной вставшего на пути кораблей. Свежих продуктов не было, многие члены экипажа слегли, "одержимы были тяжкою цынготною болезнью от тягчайшего воздуху, в которой числом было больных на судне 38 человек... Наверху в правлении судна токмо были один квартирмейстер, да геодезии ученик, да рядовых двенадцать человек". Заболел и сам Овцын "цынготною болезнью так, что ни на которую ногу приступить не мог и имел животную и грудную болезнь, отчего и харкал кровью".

dji_0908.jpg

Арктика. Фото: Леонид Круглов
Арктика. Фото: Леонид Круглов

Адмиралтейство приняло решение о постройке более манёвренного и быстроходного судна. Дело заняло два года, так что в третий поход Овцын вновь отправился на верном "Тоболе". Выступили 23 мая 1736 года, 3 августа судно приблизилось к устью, но выйти в море так и не смогло — вновь помешали льды "саженей по 6 и по 7, зело твёрдостью засторелые". Вернувшись 26 сентября в Обдорск, Овцын засел за составление подробной карты, которую позже доставили Малыгину, что помогло тому выйти в Обь.

5 мая 1737 года началась четвёртая попытка пробиться к Енисею. На этот раз в путь отправилось два корабля: новый бот "Оби-Почтальон" и заслуженный "Тобол". Исследователям повезло: море было чисто ото льда, погода благоприятствовала плаванию, и суда благополучно вышли в Енисейский залив. Морской путь из Оби в Енисей был открыт.

  • В 1895 году гидрограф Андрей Вилькицкий дал имя Дмитрия Овцына проливу в Карском море у входа в Енисейский залив между островами Оленьим и Сибирякова.
  • Имя спутника Овцына Дмитрия Стерлегова носят два мыса — на западном берегу полуострова Таймыр и на берегу Харитона Лаптева, а также пролив между островом Песцовый и полуостровом Рыбный в шхерах Минина на северо-западном побережье Таймыра.

Как Стерлегов отметил "свой" мыс

По достижении Енисея отряд Овцына должен был обогнуть Таймыр и встретиться с Ленским отрядом Великой Северной экспедиции. Чтобы выполнить эту задачу, капитан отрядил в путь Фёдора Минина, передав в его распоряжение бот "Оби-Почтальон" и выдав подробные инструкции касательно маршрута и исследований. Особое внимание следовало уделить описи устья Енисея и расположенных в нём островов, а также восточного берега. Вместе с Мининым в путь отправился Стерлегов.

dsc01194.jpg

Таймыр. Фото: Леонид Круглов
Таймыр. Фото: Леонид Круглов

"Следовать Вам Северным морем к осту и где залив правого берега реки Енисея окончание имеет. К северу оное место обсервовать. И потом следовать морем до помянутой реки Хатанги, до которой здешние жители объявляются, что дальние затруднения ото льдов в августе месяце без опасности. И лежащий сибирской берег между рекою Енисеем и оною Хатангою обстоятельно со впадающего из того реками описать и глубину вымеривать тако же где случай допустит и устью тех рек потому ж вымеряв, описывать и класть на карту".

Инструкция "От флота лейтенанта Дмитрия Овцына штюрману Фёдору Минину" от 6 июня 1738 года

Полностью выполнить задание в 1738 году помешала ранняя зима — туманы, льды и снегопады. Несмотря на сложные погодные условия, Минин сумел добраться до Двухмедвежьего мыса, где оставил маяк с памятной надписью. Встав на зимовье в реке Курье, он занялся подготовкой карты. Нанести на неё обнаруженные в ходе плавания острова однако не решился — подойти к ним достаточно близко помешали льды. Чтобы восполнить этот пробел, как только река вскрылась, Минин дал Стерлегову указание идти с Северо-Восточного мыса на Каменные острова, произвести опись и промерить глубины между ними.

Поход 1739 года задержался по вине местных властей, не подготовивших вовремя провиант и снаряжение для экспедиции. Отправиться в путь удалось только 31 июля — короткое северное лето было упущено. Чтобы поставить необходимые для Ленско-Хатангского отряда маяки к северу от Пясины, Минин снарядил сухопутную экспедицию к востоку от Енисея, поставив во главе Стерлегова. Тот отправился в путь на двух нартах в январе 1740 года, занимаясь описью и съёмкой береговой линии в пургу и мороз. Ветер был настолько свирепый, что у членов отряда разболелись глаза так, что "иногда насилу впереди можно было берег усматривать". Стерлегов сумел пройти к северо-востоку от устья Пясины дальше, чем кто-либо прежде. Мыс, на котором он установил памятную табличку, сейчас носит его имя. Маяки, которые полярник расставил вдоль берега, значительно облегчили дальнейшие морские походы.

img_3048.jpg

Таймыр. Фото: Леонид Круглов
Таймыр. Фото: Леонид Круглов

Минин выходил в плавание ещё дважды, но каждый раз путь на северо-восток преграждали непроходимые льды. Однако результаты его путешествий были весьма значительны — на картах впервые появились очертания полуострова Таймыр.

  • Имя Минина носит полуостров на западном побережье Таймыра и пролив между Оленьими островами и материком.
  • В 1878 году его имя дал мысу на острове Таймыр мореплаватель Норденшельд.
  • В 1894 году Вилькицкий назвал также ещё один мыс — на полуострове Мамонта в Гыданском заливе.
  • В 1900 году архипелаг у северо-западного побережья полуострова Таймыр Эдуард Толль назвал шхерами Минина.
  • В ХХ веке на карте появились также Мининские острова в устье Енисея, залив, бухта, гора и мыс Минина на полуострове Таймыр.

Читать первую часть: Выжить, умереть и стать морем

Ольга Ладыгина