Кунсткамера празднует юбилей РГО выставкой русского женского костюма

Фото: МАЭ РАН
Фото: МАЭ РАН

Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН празднует 175-летие РГО выставкой "Мудрено-сотворено. Русский женский костюм из собраний МАЭ РАН". Выставка снова доступна для посетителей музея, который открылся 14 июля.   

Коллекция русского народного женского костюма — одна из многочисленных этнографических коллекций, переданных Кунсткамере Русским географическим обществом в 1891 году. На вопрос, почему именно русский женский костюм стал темой для юбилейной выставки, директор Кунсткамеры Андрей Головнёв отвечает: "Во-первых, это очень красивая коллекция. Во-вторых, это красноречивая иллюстрация обширности исследований, которые проводило РГО".

Экспозиция развёрнута в Круглом зале на первом этаже музея. Для Кунсткамеры эта выставка — своего рода событие: многие из представленных артефактов были созданы двести лет назад, а показываются публике впервые. Их сохранность в хранилищах музея обеспечивал не только правильный температурно-влажностный режим, но и деревянные шкафы императорской гардеробной, когда-то поступившие сюда из Зимнего дворца. В витринах экспозиции — женская одежда и украшения из разных регионов России начала XVIII – первой половины XIX века. Рубахи-долгорукавки, сарафаны-ферязи с ложными рукавами, передники, полотенца, золотошвейные головные уборы, понёвы (так раньше назывались юбки). Красота русского женского костюма — результат сложной работы, многие из приёмов которой сегодня утрачены. Как, например, узорное двухслойное ткачество, в технике которого выполнены понёвы. Отсюда и слова в названии выставки — "мудрено-сотворено".

Современный зритель не всегда осознаёт, что главное отличие исторического народного костюма от современной одежды в том, что он полностью — от ткани до элементов декора — создавался руками того, кто его носил, причём с детских лет. Семилетняя девочка в русском селе пряла и вышивала, а с тринадцати ткала и шила себе первую рубаху. До свадьбы девушка готовила приданое из 50 полотенец со сложной вышивкой, в которой можно было прочитать историю рода, семьи и целого мироздания. В свете этого обстоятельства многие детали одежды с выставки для современного зрителя выглядят вполне сенсационно. 

Задачу собирания именно русских этнографических коллекций поставил уже в год основания РГО председатель отделения этнографии Общества Николай Надеждин. "Если в географическом отношении «земля Русская» до сих пор считается слишком ещё мало обследованною и дознанною; то об этнографическом изучении "Русского человека" — сказать и это будет слишком много... кому же, как не самим нам, заниматься тем: кто мы и что мы?" — убеждал он в своей речи "Об этнографическом изучении народности русской". Русскую коллекцию собрания РГО пополняли не только профессиональные этнографы и историки — фольклорист Фёдор Истомин, историк Владимир Ламанский, этнографы Герман Куликовский, Аполлон Неуступов и Павел Небольсин, археолог Василий Прохоров, но и известный музыкальный критик Владимир Стасов, купец и фабрикант Пётр Гундобин, курский дворянин и ревнитель народного образования Елисей Жданов. Каждый собиратель работал в "своём" регионе. Так, Герман Куликовский — в Олонецкой губернии, Елисей Жданов собирал коллекции в Курской губернии, Василий Прохоров привёз своё собрание из Ладожского уезда Санкт-Петербургской губернии. 

В своей книге "Русский народный орнамент" (1872) Владимир Стасов подробно раскрывает корни орнаментальных элементов русского костюма, находя в них сочетание финской, персидской и индийской культур, а Василий Прохоров в труде "История русского платья и народного образа жизни" (1881) называет среди источников русского народного костюма скифский славянский и византийский греческий. "Предметы, относящиеся к бытовой народной жизни, с каждым годом всё быстрее исчезают из употребления, уступая место предметам новейшего происхождения,… формы которых более прежних соответствуют удобствам и потребностям современной жизни, но при этом утрачивают… самобытную оригинальность, наивность и красоту", — писал Владимир Стасов. 

Причина, по которой этнографические коллекции РГО когда-то оказались в Кунсткамере, довольно банальна — нехватка помещений. Русское географическое общество в тот период не имело собственного здания и занимало место в доме министра народного просвещения у Чернышёва моста. Разраставшееся собрание Этнографического музеума размещать там было всё труднее. И с 1866 года коллекции начали передавать в Музей антропологии и этнографии Академии наук, а в 1891 году решили передать туда весь Этнографический музеум Русского географического общества. Коллекции по русскому населению среди переданных собраний составляли значительную долю и обрели в Музее антропологии и этнографии своё достойное место.